Bp-samara.ru

БП Самара
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как госпитализировать больного в психиатрическую больницу

Полиции хотят разрешить принудительно госпитализировать психбольных

У полицейских может появиться новая обязанность — помогать медикам доставлять больных в психиатрические клиники не только по решению суда, но и до судебного заседания. Такой законопроект 27 июля в Госдуму внесло заксобрание Ленинградской области. Если инициатива будет поддержана, врачи получат право обращаться за помощью к сотрудникам МВД при транспортировке в больницы несостоявшихся самоубийц, пациентов, сбежавших из психбольниц и тех, кто скрывается от назначенной госпитализации.

Как не допустить повторения «крымской истории»

Очередное нападение на медработников произошло 26 июля. По данным следователей, жительница Симферополя вызвала бригаду «Крымского республиканского центра медицины катастроф и скорой медицинской помощи» к своему 32-летнему сыну, который в неадекватном состоянии бегал по квартире с кухонным ножом. Когда врачи вошли в квартиру, пациент внезапно напал на них, нанеся удар ножом в шею одному из медиков, сообщают РИА «Новости». Нападавшего удалось скрутить. Врач в тяжёлом состоянии был госпитализирован в больницу скорой помощи, пациент — в психиатрическую.

Избежать историй подобных нападений, причём не только на врачей, призван помочь подготовленный заксобранием Ленинградской области законопроект, расширяющий перечень случаев, в которых полицейские могут проникнуть в жилище граждан. Речь идёт об оказании содействия медикам в принудительной госпитализации пациентов с психическим расстройством. Делать это, по мнению законодателей, правоохранители должны не только по решению суда, но и если психиатрическое обследование или лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжёлым и влечёт непосредственную опасность для самого пациента или окружающих.

Кроме того, согласно документу, на помощь полицейских медики смогут рассчитывать и при госпитализации граждан, предпринявших попытку самоубийства, либо имеющих признаки выраженного психического расстройства, а также убежавших из психбольниц или тех, кто скрывается от назначенного судом стационарного лечения. Сейчас действующее законодательство обязывает полицейских помогать врачам только при назначенной судом недобровольной госпитализации в психбольницы, уточняют авторы законопроекта.

Лучше отвезти в больницу, чем ждать

Госдума 15 июля приняла во втором чтении поправки в закон о полиции, разрешающий правоохранителям доставлять граждан в состоянии алкогольного опьянения в специализированные учреждения (вытрезвители), напомнил «Парламентской газете» заместитель председателя Комитета Госдумы по охране здоровья, врач-психиатр Николай Говорин. При этом речь идёт только о тех людях, кто находится в беспомощном состоянии — не способен ориентироваться в окружающей обстановке и не может руководить своими поступками. «По аналогии с этим логично расширить полномочия полиции и на другую категорию граждан, которые также не способны руководить своими действиями — пациентов с психическими расстройствами, тем более, если они проявляют признаки буйства», — считает депутат. Однако в законе или подзаконных актах необходимо закрепить норму: что подобное содействие полицейские обязаны оказывать только по просьбе психиатра и после получения от него заключения, что у пациента действительно есть признаки психического расстройства и он опасен для себя или окружающих, убеждён Говорин.

Проблема со своевременной госпитализацией социально опасных психически больных действительно есть и она достаточно серьёзная, уверен лидер Общероссийского движения «Сильная Россия» Антон Цветков. Согласно действующим законам, если сам пациент или его родные не заинтересованы в обследовании, постановке диагноза и госпитализации, «то пока он что-то не натворил», сделать это практически невозможно. «Даже несмотря на то, что сам он в это время может держать в страхе весь двор или весь район, и ему необходимо лечение, иногда принудительное», — уточнил эксперт

В этой связи в перспективе стоит пересмотреть не только закон о полиции, но и принятый ещё в 1992 году закон о психиатрической помощи, уверен Цветков. Однако начать можно и с полномочий полицейских. «Конечно, если дело дошло до того, что медики вынуждены принудительно забирать социально опасного пациента на обследование или госпитализацию, им должны помогать полицейские. Потому что именно у полицейских есть полномочия применять физическое воздействие — их учат этому, у них есть спецсредства. Более того, само присутствие полицейского способно снять возможные конфликтные ситуации на месте», — сказал он «Парламентской газете».

Несостоятельными, по мнению эксперта, являются и опасения, что у сотрудников полиции может не хватить на такую работу времени. Одна из задач правоохранителей — предотвращение преступлений, и данная мера как раз является элементом профилактики, уверен Цветков. «Если человек социально опасный, то пусть лучше полицейские приедут и помогут медикам отвезти его в стационар, чем они приедут и будут расследовать убийство или ножевое ранение», — подчеркнул он.

Как происходит госпитализация пациентов с психическими расстройствами сегодня по закону «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании»

  • При очередном приступе психического заболевания, родственники должны вызвать скорую помощь. Приедет бригада, которая заберёт больного в психиатрическую больницу, где в течение 48 часов человека обследуют и составят акт психиатрического освидетельствования.
  • В том случае, если психическое расстройство подтвердится, медорганизация в течение 24 часов должна направить в суд заявление о принудительной госпитализации. Если расстройство не подтвердится, пациента отпустят.
  • Принимая заявление о принудительной госпитализации, судья даёт санкцию на помещение пациента в психиатрическую больницу на срок, необходимый для рассмотрения заявления в суде. В судебном заседании принимают участие представители больницы, прокурор, сам больной, его законные представители.
  • Судья выносит решение об удовлетворении заявления о недобровольной госпитализации в психиатрический стационар (или об отказе).

Психиатрический осмотр

Есть осознанное согласие. Все начинается с психиатрического осмотра, который проводит врач-психиатр по просьбе или по осознанному письменному согласию лица, достигшего 14 лет.

Если осмотра требует лицо возрастом до 14 лет, то просьбу или письменное согласие дают его родители или другие законные представители. Когда один из родителей не соглашается на проведение осмотра либо когда родители ребенка отсутствуют, осмотр проводится по решению органа опеки и попечительства, которое утверждается не позднее чем на протяжении 24 часов с момента обращения другого законного представителя указанного лица в этот орган и может быть обжаловано в суде.

Если же есть необходимость осмотреть недееспособное лицо, которое по своему состоянию здоровья не способно высказать просьбу или дать осознанное письменное согласие, осмотр проводится по просьбе или по письменному согласию его законного представителя, который обязан сообщить об этом органу опеки и попечительства не позднее дня, следующего за днем предоставления такого согласия.

Нет осознанного согласия. Если осознанного согласия нет, психиатрический осмотр можно провести лишь по решению суда, принятому на основании рассмотрения заявления врача-психиатра. Такое заявление в суд врач может подать при наличии письменного обращения к нему родственников лица, которое подлежит психиатрическому осмотру, врача, имеющего любую медицинскую специальность, других лиц. Врач-психиатр составляет вывод с обоснованием такого осмотра и вместе с заявлением подает его в суд по месту проживания лица, которое следует осмотреть. Такое заявление суд должен рассмотреть на протяжении трех дней.

Без решения суда психиатрический осмотр можно проводить лишь в случае, когда полученные врачом-психиатром сведения дают достаточные основания к обоснованному предположению о наличии у лица тяжелого психического расстройства, вследствие чего он:

— совершает или проявляет реальные намерения совершить действия, представляющие непосредственную опасность для него или окружающих;

— не в состоянии самостоятельно удовлетворять свои основные жизненные потребности на уровне, который обеспечивает его жизнедеятельность;

— нанесет значительный ущерб своему здоровью в связи с ухудшением психического состояния в случае непредоставления ему психиатрической помощи.

Зачем понадобились поправки к закону

психотерапевт, коуч, психиатр, нарколог, администратор паблика «Современная психиатрия»

Видимо, дело в том, что в некоторых больницах нет юриста (а он нужен по закону для подачи заявления о недобровольной госпитализации), поэтому прокуроры по просьбе медработников подают заявление в суд. Суд зачастую отказывает, потому что это не прописано в законодательстве. Речь идет о недобровольной, а не о принудительной госпитализации. Недобровольная госпитализация — это когда человек страдает психическим расстройством, он беспомощен или представляет риск для себя и окружающих, а принудительная — в том случае, когда человек совершил преступление.

В недобровольной госпитализации сейчас действует такая практика, что врач может оставить человека в больнице на двое суток, где не позднее этого срока его осматривает комиссия из трех врачей. Затем они подают заявление в суд с просьбой разрешить госпитализировать пациента, и в течение пяти дней суд решает вопрос о госпитализации больного. То есть в принципе на любом этапе какая-то из инстанций может отпустить человека.

Виды недобровольной и принудительной госпитализации существовали ранее и регулировались Уголовным кодексом и законом «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», где четко прописаны все критерии таких госпитализаций. Прокуроры, кстати, и ранее направляли заявления о принудительном лечении в суды, большинство из которых были удовлетворены. Однако некоторые суды им отказывали в рассмотрении ввиду противоречий в законодательстве.

Читать еще:  Определения понятий кражи, мошенничества, присвоения и растраты

В любом случае без заключения психиатрической экспертизы никто положить в психиатрический стационар не сможет. И если мы говорим о принудительном лечении, то в таком случае человек, совершивший преступление, просто будет исполнять наказание согласно УК.

Принудительная госпитализация гражданина в психиатрический стационар

Человек, у которого не в порядке с психикой, в моменты обострений не может адекватно оценить ситуацию и обратиться к врачу за помощью. Более того, зачастую он чувствует угрозу и опасность, исходящую от представителей медицинских учреждений. И, конечно, ни о какой добровольной госпитализации речь идти не может. Зачастую родственникам или просто соседям приходится вызывать врача, чтобы оказать помощь больному, а зачастую и обезопасить себя от его действий. Психиатрическая помощь нужна алкоголикам, у которых на фоне излишнего потребления высокоградусных напитков могут случаться приступы белой горячки, а также к больным, которые уже состоят на учете в психиатрическом диспансере.

Что такое принудительная госпитализация?

Принудительная госпитализация в психиатрическую больницу осуществляются при наличии ряда признаков. Госпитализировать человека в больницу без серьезных подозрений на то, что он психически болен, невозможно. Если кто-то ведет себя агрессивно к окружающим или к себе, совершает противоправные действия, которые говорят о психических отклонениях, его имеют право принудительно госпитализировать и отправить на освидетельствование. Больные, поступившие в больницу по принуждению, как правило, проходят освидетельствование тоже принудительно. Однако без этой процедуры дальнейшее нахождение в больнице и лечение невозможно. После поступления больного врач обязан подать заявление в суд. Судья, рассмотрев приложенные материалы дела, в течение 3 дней обязан дать ответ на заявление. Судебный отказ в проведении психиатрического освидетельствования не позволяет держать больного в больнице дальше. А разрешение на проведение процедуры ведет к дальнейшему осмотру и лечению. В большинстве случаев освидетельствование разрешается ведь эта процедура не влечет за собой обязательной принудительной госпитализации.

Основания и порядок принудительной госпитализации

Недобровольная госпитализация возможна при наличии одного или нескольких перечисленных оснований:

  1. Гражданин уже состоит на учете в психиатрическом диспансере и у него установлено расстройство психики.
  2. Возможности для установления диагноза и назначение лечения возможны только при стационарном надзоре.
  3. У больного наблюдаются остро выраженное социапативное расстройство, направленное на себя или окружающих.
  4. У человека наблюдается апатия, полная не адаптивность к среде и быту, он не может себя обслуживать.
  5. Без оказания своевременного лечения, больному может стать хуже.

К сожалению, психические болезни имеют не всегда явные признаки, и зачастую заметить их можно только в момент серьезного обострения. Если основания для госпитализации в наличии, то следует психически больного человека поместить в психиатрическую лечебницу. Сделать это можно при соблюдении особого порядка – сначала приезжает скорая с врачом-психиатром, затем человека везут в больницу, в которой проводится освидетельствование, а в конце получается судебное разрешение на госпитализацию.

Как принудительно госпитализировать психического больного?

Тесное соседство с психически нездоровыми людьми вынуждает задаваться вопросом – а могут ли госпитализировать принудительно? Да это возможно, но как было указано выше, должны быть серьезные причины для этого. Голословного факта о неадекватном поведении для такой процедуры недостаточно. Кроме того, факты будут проверены при освидетельствовании и при вынесении судебного решения о помещении психически нездорового человека на лечение. Освидетельствовав пациента, врач подает заявление на инициирование судебного заседания по делу о помещении пациента на лечение в психиатрическую больницу.

Заявление и документы, приложенные к нему, рассматриваются, и в месячный срок назначается судебное производство. При рассмотрении дела обязательно присутствие самого пациента, его представителя, адвоката, судьи и прокурора. При невозможности доставить пациента в суд, судебная коллегия выезжает непосредственно в психиатрическую больницу. На основании всех фактов и личного свидетельствования психически больного и его представителя судья выносит решение. При вынесенном постановлении об отказе по иску пациента сразу же выписывают из психиатрической больницы. Если вопрос решен положительно, то человек остается на лечении в психиатрической больнице на полгода. Через 6 месяцев происходит повторное заседание, где решается вопрос о продлении срока госпитализации.

Куда подать заявление о принудительной госпитализации гражданина?

Заявить о психическом заболевании человека и выразить просьбу о его лечении можно по месту жительства психически нездорового человека. Заявление пишется на имя психиатра и подается в соответствующее медицинское отделение. Заявление в суд о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар подается исключительно представителями психиатрической больницы. Подаче такого заявления предшествует обязательное обследование психически нездорового пациента, комиссия врачей решает вопрос о необходимости госпитализации. Только после этого вопрос будет рассмотрен в соответствии с КАС. Скачать образец заявления о принудительной госпитализации гражданина можно здесь:

Принудительная госпитализация больных туберкулезом

Принудительная госпитализация в психиатрический стационар не всегда обусловлена предоставлением экстренной помощи психически нездоровым людям. Согласно законодательству РФ можно принудить к лечению и людей, которые создают опасность для окружающих. Например, больные туберкулезом, если они нарушают предписанный режим. Закон старается регулировать возможности для принудительного лечения. К сожалению, на практике не все так просто, как может показаться. Недобросовестные люди стараются воспользоваться законом, чтобы определить пожилого человека в психиатрическую больницу и завладеть его имуществом, история, которая часто встречается в крупных городах, такие как Москва и СПБ.

Похожие

Ситуации, при которых водители выступают нарушителями правил дорожного движения не редкость, особенно в состоянии опьянения.…

Вне зависимости от уменьшения количества ДТП с участием пьяных водителей транспортных средств в 2016 году…

Алкоголизм и наркомания — прогрессирующие заболевания, которые поражают взрослое население государства. В последнее время проявление…

В соответствии с ФЗ N 323-ФЗ в случае получения пациентом травмы или заражения серьезным заболеванием при…

Работодатели всегда серьезно относятся к подбору персонала: направляют на медицинские комиссии устраивают конкурсы и кастинги,…

Лечение или профилактическое наблюдение в наркологическом диспансере по законодательству ограничивает определенные права гражданина. Распространенный вариант…

В чем опасность нового закона

Тем не менее и Дмитрий Бартенев, и Павел Чиков, и Саша Старость из «Психоактивно», изучив документ, заявили, что явных причин для паники нет, поскольку действующий закон о психиатрической помощи от 1992 года принципиально не меняется.

Они подчеркнули, что прокуроры не смогут обращаться в суд, минуя врачей, – для такого обращения им все равно нужно заключение медиков. «Какая в этом случае будет функция у прокурора? Получается, что новый закон – это мертворожденная норма», – считает Бартенев.

Однако эксперт не исключает злоупотреблений «по недомыслию»: «Закон может быть прочитан так, что именно прокурор решает, кого нужно госпитализировать. Прокурор, который неправильно понял закон, будет обращаться с заявлением о госпитализации человека и добиваться его помещения в больницу, исходя из собственных представлений, а не из оценки врача-психиатра», – предполагает Бартенев. Но он считает, что такие случаи маловероятны, и их можно будет оспорить в суде.

Павел Чиков полагает, что в законе все же есть скрытая опасность: в прокуратуре существует система отчетности – там будут считать, сколько за прошедший год прокурор направил заявлений о принудительной госпитализации в психиатрические и туберкулезные учреждения и сколько из них удовлетворено. Эта цифра тоже станет показателем для оценки работы прокурора, а значит у него появится дополнительный стимул чаще обращаться с такими заявлениями в суд.

По словам Чикова, прокуратура давно «накачивает мускулы» в сфере общего надзора: раньше эта область была ей неинтересна, но в 2007 году прокуроров лишили возможности возбуждать уголовные дела и многие важные функции передали Следственному комитету. С тех пор ведомство, как может, пытается компенсировать утрату влияния. Как подчеркивает глава «Агоры», нынешний законопроект – один из десятков, которые за последние десять лет прокуратура пролоббировала для усиления своих полномочий.

Чиков говорит, что между прокуратурой и медицинским сообществом существует давнее противостояние: силовики заинтересованы в расширении применения психиатрии в уголовных и административных процессах, но психиатрическое сообщество сопротивляется. Поэтому, по мнению правозащитника, бояться нужно не нового закона, а того, что давление правоохранительных структур на психиатров даст свои плоды.

Согласно внутренней статистике психиатров, с которой ознакомился глава «Агоры», число психолого-психиатрических экспертиз, которые суд назначает по просьбе прокуратуры, в отношении обвиняемых колоссально выросло за последние десять лет. «При этом число лиц, признаваемых невменяемыми, не растет, – говорит Чиков. – Это в переводе на русский язык означает, что следователи стали в разы чаще просить провести обследование человека, если есть сомнения в его вменяемости. Психиатры со своей стороны на эти просьбы не ведутся».

По словам Чикова, в ближайшее время произойдет конфликт интересов: с одной стороны, прокуратура будет стараться мотивировать психиатров писать обоснование для помещения на принудительное психиатрическое лечение, с другой – психиатрическое сообщество будет сопротивляться. «Потенциал сопротивления сообщества психиатров довольно высокий, но проблема в том, что кроме как на него, больше рассчитывать не на что», – говорит правозащитник. По его прогнозам, давление прокуратуры будет сказываться на росте числа госпитализаций, но резкого скачка не будет.

Читать еще:  Раздел 10 УК РФ. Преступления против государственной власти

«Эта проблема не лежит на поверхности, но существует», – отмечает правозащитник. По его словам, суды в вопросах психиатрии обычно не ставят под сомнение ни позицию врачей, ни позицию прокурора: «То есть ограничивающим фильтром во всей этой истории является только психиатрическое сообщество».

Владимир Менделевич, профессор-психиатр Казанского государственного медицинского университета, тоже думает, что у закона будут последствия: «Если ничего не меняется, то зачем давать прокурору право обращаться в суд? Значит, изменения будут», – предполагает врач.

Но, по его словам, психиатрическое сообщество отстаивает и будет отстаивать профессиональный подход: «У врачей есть внутренняя установка, которая не позволяет ставить заведомо ложных диагнозов. И есть внешний фактор: никто не хочет идти на репутационные риски – поставить диагноз, который вызовет сомнения или критику коллег», – говорит психиатр. Кроме того, напоминает Менделевич, у врача всегда есть риск самому оказаться фигурантом уголовного дела – за незаконную госпитализацию.

Как психиатрические больницы перешли на «коронавирусный» режим и стали очагами инфекции

Психиатрические больницы и интернаты перешли на новый режим работы на время пандемии COVID-19. Но вспышки заболевания все равно происходят, а закрытость таких медицинских учреждений только усугубляет ситуацию. Персоналу не хватает средств защиты, кризисное обучение — фиктивное, порой приходится неделями жить в организации вместе с пациентами, а потом заражать близких и соседей.

«МБХ медиа» рассказывает, что происходит в психиатрических больницах и интернатах во время режима «самоизоляции» и как пандемия может отразиться на российской психиатрии.

Оказались в заложниках

«Мы оставили свои семьи, потому что мы решили, что мы здесь нужнее», — со слезами на глазах говорит Елена Николаевна, сотрудница Новоселицкого психоневрологического интерната в Ставропольском крае в видеообращении, которое она записала вместе с коллегами. С 26 апреля они три недели были заперты в интернате на карантине вместе с зараженными пациентами, а власти никак не реагировали на обращения психиатров, пока они не записали видеообращение.

В нем сотрудники ПНИ сравнили себя и проживающих там 50 человек с заложниками. Они рассказали на видео, что с трудом добились госпитализации 12 постояльцев, у которых еще до закрытия интерната был подтвержден COVID-19. С тех пор симптомы коронавирусной инфекции проявились и у других пациентов, и у персонала.

По словам сотрудников, скорая отказывалась госпитализировать больных, результаты анализов на коронавирус им не сообщали, а лечить больных с появившимися симптомами они не умеют.

Видеообращение опубликовали 12 мая, а на следующий день губернатор Ставрополья Владимир Владимиров пообещал лично проконтролировать расследование происходящего в ПНИ.

Как рассказала «МБХ медиа» близкая к ситуации в интернате женщина, которая пожелала остаться анонимной, две другие смены интерната, которые не были на работе в день закрытия на карантин, остались дома без принудительной «самоизоляции». Тесты им не проводили, хотя они могли контактировать с зараженными. «Болели эти люди или нет, с кем общались, думаю, уже определить просто невозможно. Только тестировать все село. Но этого никто делать не будет», — рассказала она.

Также, по словам женщины, после общественного резонанса, который создало видеообращение, всех врачей и пациентов с симптомами перевели в больницу в Солнечнодольске.

В Министерстве труда и соцзащиты Ставропольского края «МБХ медиа» ответили, что в итоге у 36 постояльцев из 50 обнаружен коронавирус, всех госпитализировали «в медицинские организации края» и 11 человек уже выписаны — летальных исходов не было. Также COVID-19 обнаружили у девяти из 15 сотрудников. Четверых из них уже выписали, а один медик скончался от осложнений «на фоне имеющейся патологии со стороны эндокринной системы».

В пожарном порядке

Психиатрия в России, как, впрочем, и во всем мире, не была готова к пандемии. Никакого «кризисного плана» в больницах, интернатах и диспансерах не было. «Все решения принимались в “пожарном порядке”. Когда все горит, то надо срочно пожар тушить. А заранее предположить, что где-то загорится — это не наша система. У нас так не бывает», — рассказала «МБХ медиа» исполнительный директор Независимой психиатрической ассоциации России Любовь Виноградова.

«Поначалу персонал был очень плохо защищен», — рассказывает она. Ассоциация получала много жалоб на нехватку средств индивидуальной защиты — в некоторых больницах и интернатах врачам и медсестрам выдавали только одну маску на день.

«Так было, потому что никто не ожидал, что будут нужны маски и перчатки в таком количестве», — указывает эксперт. Сейчас, по ее словам, в Москве этот вопрос решен — персонал получает необходимые средства защиты. В регионах ситуация складывается по-разному, Независимая психиатрическая ассоциация предоставляет таким больницам и интернатам благотворительную помощь.

Фото: Егор Алеев / ТАСС

В большинстве случаев пациентов заражает персонал. Так в психиатрической больнице Архангельска коронавирусом заразились 70 человек, среди которых — как пациенты, так и врачи. COVID-19 медучреждение «принесла» одна из сотрудниц. В детском отделении областной психбольницы в поселке Кувшиново под Вологдой двое сотрудников и семеро детей заразились от другого медика.

В психиатрической больнице Северной Осетии коронавирусом заразились от пациента, которого доставили на «скорой» в период обострения. В итоге заболевание подтвердили у 13 человек, восемь из которых — пациенты, а пять – врачи. В остальных случаях, информация о которых есть в публичном доступе, COVID-19 передал персонал, либо расследование еще не завершили.

Самая большая вспышка вируса в стране зафиксирована в Сальском психоневрологическом интернате Ростовской области. Там заразились 408 человек, 23 из которых — персонал. Госпитализированы восемь человек, у остальных болезнь протекает в легкой форме или бессимптомно. Они остались жить в ПНИ на карантине под присмотром специалистов из области.

Специальные отделения и фиктивное обучение

Психиатрические больницы предназначены для стационарного лечения людей с психическими расстройствами. Если в них происходят вспышки коронавируса, там открывают специальные отделения для заболевших и обсервационные отделения для тех, кто с ними контактировал. Такие уже работают в Московской областной психиатрической больнице №14, где, в том числе, содержатся пациенты с тяжелыми хроническими заболеваниями, а также Центральной клинической психиатрической больнице в Москве.

В психбольнице в Архангельске развернули обсерватор для контактировавших с зараженными, в помещениях провели дезинфекцию. Отдельно открыт инфекционный стационар, где разместили заболевших пациентов. С ними работают инфекционисты Архангельской областной клинической больницы.

По словам Любови Виноградовой, персонал психбольниц, который работает с зараженными COVID-19, прошел специальное дополнительное обучение. Но с ним есть проблемы, обучение прошло предельно формально: «Всех собрали на видеоконференцию и рассказали за 40 минут как себя вести, после чего выдали сертификаты, что они могут быть работать с инфицированными коронавирусом, — рассказывает она, — Но кто-то на эту конференцию опоздал, кто-то вообще не пришел или слушал в полуха. При этом считается, что он прошел подготовку».

Виноградова указывает, что в руководстве психиатрической ассоциации Италии советуют переводить заболевших COVID-19 пациентов с расстройствами в общие госпитали для лечения коронавирусной инфекции. В Италии после реформы нет психиатрических больниц, а только психиатрические отделения при больницах, благодаря чему это проще организовать. В специальных госпиталях лечащие врачи по видеосвязи конультитуются с психиатрами по поводу конкретных пациентов.

В России, если состояние пациентов психиатрической больницы с коронавирусом ухудшается, то их, по словам директора ассоциации, переводят в отделение психосоматики. Эти отделения существовали и до пандемии: они предназначены для людей с психическими расстройствами, которые приобрели также соматическое заболевание, но их нельзя перевести в обычную больницу.

Фото: Сергей Бобылев / ТАСС

Учреждения слишком закрытого типа

Получить информацию из любой психиатрической больницы или ПНИ очень сложно. У них, как правило, нет пресс-служб, а на официальные запросы руководство не отвечает — возможно, из-за слишком высокой загруженности. Во время пандемии не всегда даже родственники могут получить информацию о состоянии пациентов.

«Нет контакта, нет возможности получить достоверную информацию и как-то влиять на это. У нас нет веры тому, что нам говорят», — заявляет Виноградова.

С недавнего времени члены общественных наблюдательных комиссий (ОНК) могут посещать психиатрические организации, в том числе те, где больные проходят принудительное лечение. Но во время режима «повышенной готовности», который сейчас введен в стране, членов ОНК в больницы не пускают. Такие случаи происходили в Москве, Московской и Нижегородской областях и еще в некоторых регионах. «Это незаконно, но это решение местных властей. И пока “бодание” с ними ни к чему не привело», — вздыхает Любовь Виноградова.

«Что конкретно делается в больницах, какая смертность — мы ничего не знаем. Как и вся статистика по стране и по Москве не вызывает доверия. Мы знаем, что некоторые врачи болеют, некоторые уже умерли», — рассказывает эксперт. Данные о количестве заболевших больницах расходятся. Например, 3 мая губернатор Петербурга Александр Беглов написал , что коронавирус обнаружили у 28 пациентов и 16 сотрудников городской психиатрической больницы имени Кащенко под Петербургом. Хотя в тот же день Управление Роспотребнадзора по Ленобласти приводит другую цифру — 37 заболевших.

Читать еще:  Суровое наказание по статье за оскорбление Президента

Также в открытых источниках нет информации о соотношении заболевших медиков и пациентов в психбольнице в Архангельске. Источник «МБХ медиа» указал, что из почти 70 заболевших более 20 — персонал, и некоторые якобы находятся в тяжелом и среднетяжелом состоянии.

Любовь Виноградова подтвердила, что некоторые врачи архангельской больницы оказались в реанимации и добавила: «Последних сведений не знаю, возможно, были какие-то печальные исходы».

В отпуск — в семью

Срок пребывания в московских психбольницах — 30 дней, в тех учреждениях, где содержатся «хроники», которых готовят к переводу в интернаты, люди живут по много месяцев. В самих ПНИ люди живут, как правило, до конца жизни. Попадают они туда не только из больниц — из домов-интернатов, после смерти или отказа родного-опекуна и другими путями.

Сейчас из-за пандемии постояльцев ПНИ лишили возможности встречаться с близкими и выходить на прогулки, и для таких пациентов полный запрет на контакт с внешним миром — тяжелое испытание. В некоторых учреждениях людям позволяют общаться с родственниками по видеосвязи, но это распространено только в столичных и особенно крупных организациях. «Также все люди в интернатах могут звонить родственникам, телефоны там не запрещены. Другое дело, что не у всех есть на это деньги — связь оплачивают они или их родственники. А звонков стало гораздо больше», — отмечает Виноградова.

Министерство труда России, Минздрав и Роспотребнадзор выпустили рекомендации, в которых призывают россиян забрать своих родственников из ПНИ в условиях пандемии. Это могут сделать даже волонтеры, которые посещали людей в интернате и с которыми у проживающих сложились «устойчивые личные связи».

Фото: Михаил Терещенко / ТАСС

Ранее в «отпуск» в семью людей из ПНИ не пускали, потому что интернат — официальный опекун своих постояльцев, и его сотрудники понесут ответственность, если что-то выйдет из-под контроля. Но благодаря этим нововведениям с начала апреля более 400 человек уехали из московских интернатов и временно живут с семьями или волонтерами. Всего в московских ПНИ находятся около 16 тысяч человек. Как отметила Виноградова, 400 человек — тоже хороший показатель, потому что далеко не все семьи сами хотят забрать своего родственника, а волонтерам требуется согласие их семей.

Нельзя забрать родственника из ПНИ, в котором уже произошла вспышка коронавирусной инфекции. Такие интернаты переходят на вахтовый метод работы. Сотрудники дежурят по две недели, не покидая территории. Каждого из них проверяют на COVID-19 прежде чем они заступают на смену, а через 14 дней они возвращаются домой в самоизоляцию, а им на смену приезжают другие сотрудники, которые так же проживают в интернате вместе с больными две недели.

Принудительное лечение во время добровольной «самоизоляции»

Тяжелее всего пациентам, которые проходят принудительное лечение в специализированных психиатрических отделениях. Туда отправляются те, кто совершил какое-либо преступление, а суд и комиссия сочли их невменяемыми. В России в таких отделениях люди живут годами, зафиксированы случаи, когда такой пациент проводил в учреждении по 16-18 лет. А на время пандемии запертыми в тюремных больницах оказались и те, кто уже мог бы их покинуть — их дела «зависли» в судах.

«Там (в отделениях принудительного лечения. — “МБХ медиа”), очень плохие жилищные условия, палаты, рассчитанные на много человек. Теперь людей лишили прогулок и посещений», — объясняет Виноградова.

Семьи пациентов московской психиатрической больницы №5, которая находится в Чехове, обращались в ассоциацию за помощью — их не пускают к родственникам и не дают никакой информации об их состоянии.

При этом отпустить пациентов с принудительного лечения в семьи на время режима «самоизоляции» нельзя, как поступают с людьми, которые проживают в ПНИ. Единственное основание вернуть их в социум — улучшение их психического состояния, которое должна зафиксировать комиссия, а потом уже соответствующее решение принимает суд. Но во время режима «повышенной готовности» суды рассматривают только срочные дела, а люди, которых рекомендовали к выписке так и остаются в больницах.

Обновлено 29.05, 20.50

Департамент здравоохранения Москвы отреагировал на публикацию и прислал нам следующее письмо, которое мы публикуем:

По факту публикации «Как психиатрические больницы перешли на «коронавирусный» режим и стали очагами инфекции» (https://mbk-news.appspot.com/suzhet/kak-psixiatricheskie/) Департамент здравоохранения Москвы сообщает, что ПКБ № 5, как и другие медицинские учреждения Москвы, закрыто для посещений родственников пациентов в связи распространением коронавирусной инфекции. Это вынужденные меры, однако они были приняты в интересах самих пациентов, чтобы снизить риск распространения инфекции. Просим отнестись с пониманием.

Связаться с родственниками пациенты могут по телефону – в больнице в открытом доступе имеется достаточное количество телефонных аппаратов. Принимаются почтовые посылки и курьерские доставки. О состоянии пациентов врачи могут проинформировать родственников по справочному телефону больницы.

Не соответствует действительности утверждение, что во время пандемии выписка пациентов не происходит. Обращаем внимание, что делопроизводство, в том числе по вопросам принудительного лечения, не останавливалось. Взаимодействие с судами в период ограничительных мероприятий происходит в прежнем режиме. Принудительное лечение пациентам ПКБ № 5 продлевается, изменяется и отменяется без задержек. В период ограничительных мероприятий было выписано 27 пациентов.

Что касается якобы плохих условий размещения пациентов, данное утверждение не соответствует действительности все пациенты размещаются в палатах, соответствующих нормах и стандартам по оказанию медицинской помощи по психиатрическому профилю.

Пресс-служба Департамента здравоохранения города Москвы

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Не наш профиль

Реформы в психиатрии всегда сопровождались громкими скандалами, связанными с закрытием больниц. И действительно, количество этих лечебных учреждений в Москве с 2013 года сократилось в разы. Более чем из десятка остались три психиатрических объединения с прикрепленным населением, два научно-практических центра, один психоневрологический диспансер, обслуживающий Зеленоград, и одна специализированная больница для принудительного лечения.

Процедура лечения «горным воздухом» в одном из профилактических кабинетов психиатрической клинической больницы № 1

По словам Антона Масякина, заместителя главного врача по медицинской части психиатрической клинической больницы № 1, сокращение числа больниц связано с уменьшением коечного фонда, который на протяжении многих лет использовался неэффективно. Во многих учреждениях пациенты оставались значительно дольше необходимого срока или вовсе без показаний для госпитализации. «Все-таки стационар — для оказания экстренной помощи. У нас давно, еще с советских времен, было распространено «пойти в больницу покапаться». Тем самым блокировались койки для тех, кто в этом действительно нуждается, — рассказал специалист «Известиям». — У нас похожая ситуация. Кому-то просто нужны тепло, уход, питание. Кто-то хочет обратиться в силу психического состояния, но оно, как выясняется, не требует лечения в условиях стационара. Таким людям помощь будет оказана в других формах».

Такого же мнения придерживается и главврач ПКБ № 4 Лариса Бурыгина: «Раньше было очень много свободных коек, на которых никто не лежал. Когда всё пересчитали, оказалось, что социальных коек нужно больше, чем психиатрических. Тогда больницы № 10, № 15, № 2 были переданы департаменту социальной защиты для психоневрологических интернатов. Население стареет, больше пациентов с деменцией, плюс не у всех есть возможность ухаживать за своими престарелыми родственниками. Для них необходимы ПНИ (психоневрологические интернаты. — Ред.)».

Тренинг по развитию мелкой моторики в отделении психиатрической больницы

Опасения у психиатров вызывает главным образом то, что такие преобразования нередко сопровождаются уходом из больниц персонала, дефицит которого медицина и так испытывает в последние годы. На одного участкового врача в психоневрологическом диспансере в среднем приходится 200–300 пациентов. При этом предполагается, что с каждым из них специалист проводит серьезную и кропотливую работу.

По мнению экспертов, российская психиатрическая система действительно постепенно меняется в сторону европейской традиции, становится более открытой и многопрофильной. Однако до массового распространения и полноценного ее запуска еще далеко. Проект, несмотря на экономию за счет сокращения числа больничных коек, потребует значительных финансовых вливаний. Помимо перепрофилирования больниц необходимо значительное расширение сети амбулаторных служб, решение вопросов сопровождения пациентов и серьезное увеличение штата работников.​​​​​

Еще в 2016 году анализ, проведенный НИИ здравоохранения и медицинского менеджмента департамента здравоохранения Москвы, показал, что для полноценного запуска амбулаторных служб столице нужно не менее 370 врачей, 150 медицинских сестер, 400 немедицинских специалистов — клинических психологов, специалистов по социальной работе.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector